g_u_d

Category:

Микаель Ниеми. Сварить медведя. М.: Фантом Пресс, 2019. Перевод С. Штерна

© Галина Юзефович, meduza.io 

Если отвлечься от романтики первооткрывательства и преодоления, Север — место, в общем, непривлекательное и плохо приспособленное для жизни. Холод, темнота, однообразный ландшафт, неплодородная почва (а значит, вечная угроза голода), скудная растительность, беспросветная скука (и ее верные спутники — депрессия, помешательство, пьянство), а где-то по соседству, темной тенью — чуждые, непонятные и потому пугающие коренные народы Севера с их полуколдовскими практиками выживания. 

Все вместе это ставит любого художника, в той или иной форме обращающегося к северной теме, перед непростым выбором. Можно отретушировать картинку таким образом, чтобы северное сияние, цветущая тундра и взаимовыручка суровых немногословных людей оказались по центру, а нефотогеничное болото и пьяные поселяне — на заднем плане, в расфокусе. Можно же кадрировать чуть иначе и выступить в почтенном жанре нуарной нордической страшилки со всеми ее непременными атрибутами вроде отмороженных конечностей, назойливого гнуса, тотального алкоголизма и прогоркшей простокваши в качестве праздничного лакомства.


Шведский писатель Микаель Ниеми, уроженец приполярной Паялы, уникален тем, что одинаково хорошо уклоняется от обоих проторенных путей. В его интерпретации шведско-финский Север выглядит вполне реалистично (то есть сумрачно, неуютно и жутковато), но при этом только что не светится от бесконечной, всепонимающей и всепринимающей авторской любви к этой бедной земле и ее грубоватым обитателям. 


В отличие от предыдущей (и единственной на сегодня) переведенной на русский книги Ниеми «Популярная музыка из Виттулы», время действия которой не так далеко отстоит от наших дней, «Сварить медведя» — полноценный исторический роман, действие которого разворачивается в 50-е годы XIX века. Главный герой, саамский мальчик-сирота по имени Юсси, воспитывается в усадьбе паялского проста (так в Швеции называют настоятеля прихода) Лассе Леви Лестадиуса, исторической личности, увлеченного ботаника и неутомимого борца за возврат к «живой вере» и отказ от гибельного для северян пьянства. Вместе с учителем Юсси придется стать участником настоящего детективного расследования (в приполярных краях обосновался серийный убийца, насилующий и убивающий юных девушек), а позже, уже в одиночку, чудом избежать гибели, завоевать любовь и найти свое подлинное призвание. 


Самый простой и прямолинейный способ прочесть «Сварить медведя» — это увидеть в нем классический скандинавский триллер-нуар в ретроантураже. Для этого в романе Ниеми в самом деле есть почти все необходимое: и несколько кровавых преступлений, и коварный убийца (заблаговременно, как и предписывается правилами жанра, предъявленный читателю), и кропотливый сбор улик, и даже архетипическая пара «умный сыщик — наивный помощник» (прост Лестадиус и Юсси словно бы намеренно пародируют все аналогичные пары — от Шерлока Холмса и доктора Ватсона до Вильгельма Баскервильского и Адсона из «Имени розы» Умберто Эко). 


Однако подобное прочтение будет заведомо неточным и фрагментарным. Более того, если смотреть на «Сварить медведя» как на очередной образец жанровой прозы, в нем немедленно обнаружатся избыточности, недостаточности и вопиющие нарушения повествовательной логики. В отличие от не знающего колебаний и не допускающего ошибок сыщика из классического детектива, прост Лестадиус, по сути дела, блуждает в потемках, поминутно оступаясь, приходя к ложным выводам и подвергая совершенно ненужной опасности собственную жизнь. С неимоверным трудом собранные им доказательства (в том числе такие экзотические для 1851 года, как отпечатки пальцев или случайно запечатлевший убийцу дагеротип) оказываются непонятными, а потому и неубедительными для его темных прихожан. Долгожданное изобличение и наказание преступника происходит совсем не так, как ожидает читатель. И что, пожалуй, хуже всего, у верного Юсси, которому традиция отводит роль беспристрастного хрониста, в этой кровавой истории обнаруживается собственный интерес, что делает его рассказчиком весьма и весьма ненадежным. 


Однако у Ниеми все эти отступления от детективного канона вовсе не выглядят слабостями или недостатками — скорее наоборот, они добавляют его роману тепла, достоверности и обаяния. Детектив — жанр по своей природе искусственный, в то время как «Сварить медведя» — книга максимально естественная, природная, предельно чуждая любым наперед заданным ожиданиям и рыночным стандартам. 


По сути дела, подобно многим другим современным авторам в диапазоне от Кейт Аткинсон до нашей Яны Вагнер, Микаель Ниеми использует детективную фабулу как оболочку, которую наполняет содержанием по собственному вкусу. И в этом качестве в ход у него идут и элементы романа воспитания (по ходу повествования Юсси превращается из мальчишки-приемыша во взрослого мужчину, готового взять ответственность за себя и близких), и драма преодоления инаковости, и история духовного поиска и борьбы с самим собой (именно она, а вовсе не охота на маньяка в первую очередь занимает проста Лестадиуса), и вдохновенная ода чтению как средству одновременно спасения от реальности и ее же преобразования к лучшему. Но главным компонентом, ключевым элементом несущей конструкции в «Сварить медведя», как уже было сказано выше, является любовь автора к Северу как географическому пространству и образу жизни — любовь умная, наблюдательная, не лишенная иронии и печали, но при этом безусловная и потому оставляющая надежду даже самым пропащим на первый взгляд героям и согревающая читателя. 


Читая Микаеля Ниеми, периодически ловишь себя на узнавании: и этнографические реалии, и нравы, и пейзажи, и быт кажутся удивительно сходными с российскими. Однако подобное отношение к ним со стороны автора в русской литературе сегодня, увы, непредставимо: трезвость оценки у нас редко сочетается с любовью, а понимание — с принятием. В современной шведской литературе многое может вызывать зависть, но вот этой присущей Ниеми (и, к слову сказать, не ему одному) спокойной и уверенной любви к родным местам без надрывной их идеализации или утомительного разоблачения российской актуальной словесности, пожалуй, не хватает особо. 



Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded